Это не шутка: проштрафившихся аграриев действительно посылают в спецназ на границу с Украиной. Как сообщил 27 августа Александр Лукашенко, призвали около 500 человек, 170 уже направлено “защищать границу“.
Правитель продолжает оправдывать свое поручение забирать в войско плохих работников сельхозпроизводства. Поначалу он хотел распространить такое наказание и на нерадивых чиновников, но эта тема как-то заглохла.
Это вам не “хи-хи, ха-ха“!
Лукашенко наверняка знает, что его распоряжение вызвало, мягко говоря, неоднозначный резонанс. И пытается убедить публику, что идея крутая.
Сегодня перед чиновниками прозвучало: “Некоторые так — “хи-хи, ха-ха“ — восприняли, когда я сказал на селекторном совещании: нерадивых, алкашей и прочих, не желающих работать на земле в уборку, — на “фронт“. В армию, в силы специальных операций, на границу…“
Как бы заочно дискутируя со скептиками, правитель уверил, что призванные на сборы, по отзывам министра обороны Виктора Хренина, показывают себя хорошо.
“Он мне: “Александр Григорьевич, разрешите поощрить“. Говорю: “Ты что, с ума сошел? Это ж пьяницы, такие-сякие…“ Лица светлые, работают, исполняют все, что офицер скажет“, — передал главнокомандующий свой диалог с министром.
И резюмировал: “Нормальные мужики. Прошли переподготовку. Я говорю: “Всем оружие, как военным. Переодеть, побрить, подстричь. И туда“ (на южную границу).
Слова Лукашенко стыкуются с недавним сообщением Минобороны о том, что “военнообязанные из числа недобросовестных специалистов сельхозпредприятий, призванные в одно из соединений сил специальных операций, отрабатывают элементы тактической подготовки на военном полигоне. <…> Впереди — выполнение учебно-боевых задач на участках государственной границы“.
Право здесь и не ночевало
Обратим внимание на то, как большие начальники характеризуют призываемый контингент. Лукашенко: “алкаши“, “пьяницы“. Глава его администрации Дмитрий Крутой 22 июля говорил, что в распоряжение Минобороны поступят “нерадивые, проштрафившиеся работники, несуны, пьяницы, лодыри и лентяи“.
А руководитель Гродненской области Юрий Караев и вовсе вел речь о том, что под ружье будут поставлены “расхитители народного имущества“, “люди, совершившие не очень тяжкие преступления“.
Здесь стоит заметить, что в этом кейсе право и не ночевало. С преступниками, по идее, должны разбираться милиция, следствие, прокуроры, суд. Трудовой кодекс предусматривает взыскания за плохую работу — от замечания до увольнения.
Но ни в этом кодексе, ни в законе “О воинской обязанности и воинской службе“ не написано, что за нарушения трудовой дисциплины можно наказывать призывом в армию.
До сих пор неизвестно, оформлено ли это диковинное распоряжение Лукашенко каким-то нормативным актом. Минобороны лишь глухо сообщало, что “во взаимодействии с местными органами исполнительной власти определяется алгоритм призыва“. Слово-то какое красивое подобрали: алгоритм!
В спецназ, на южный “фронт“!
Поначалу иные комментаторы предполагали, что для такого специфичного контингента военное ведомство организует что-то вроде стройбата. На это наталкивали и слова Крутого о том, что его шеф “поручил оперативно подготовить места и виды работ, на которых будут задействованы“ эти штрафники.
Да и сам Лукашенко 7 августа, распекая минского областного начальника за “бардак“ на полях, велел ему: “Кого хотите привлекайте. Возьмите две батальонные тактические группы, которые создали из нерадивых чиновников и специалистов. Их около 500 человек, я их называю две батальонные тактические группы. Заставьте их здесь работать“.
Логика потрясающая: при нехватке людей на уборочной часть из них выдергивают на сборы, а потом ими же, но уже в солдатской форме, собираются затыкать дыры на той же уборочной.
Но в итоге, как видим, решено исполнять поручение правителя в первозданном виде: провинился на сельхозработах — в спецназ, на южный “фронт“.
Если верить Лукашенко, эти сборы показывают чудеса перевоспитания. Ну да, в армии особо не забалуешь.
Однако диссонанс между тем, как описываются критерии отбора контингента (“алкаши и прочие“), и намерением усилить за их счет элитные войска — создает комический эффект. Так и рисуется образ с бутылкой вместо гранаты.
Кто ж осмелится перечить автократу?
А теперь серьезно. Во-первых, даже если люди проштрафились, надо ли устами начальства лепить им обидные ярлыки? Во-вторых, и впрямь — насколько они годятся именно для сил специальных операций?
В них и крепким молодым парням нелегко. А если человек уже в годах и к тому же вел, скажем так, неспортивный образ жизни? Иные только на этих сборах приняли присягу — то есть раньше, надо понимать, вообще пороху не нюхали.
Сомнительно, что офицеры спецназа доверят таким бойцам ответственные задачи. Скорее вооружат лопатами. На то и похоже. Сам Лукашенко сообщил сегодня, что на южной границе “они землянки вырыли лучше, чем в Минске квартиры оборудовали. Вот тебе и пьяницы, такие-сякие“.
Короче, вместо того чтобы воспитывать этих людей без отрыва от производства, их во время страды заставили “копать отсюда и до обеда“.
Тем временем, слыша рефрены Лукашенко о взятых в спецназ “алкашах“, его ироничные критики стали шутить на тему “белорусских берсерков“. Мол, те яростные древнескандинавские воины, по преданию, перед боем ели для куражу мухоморы, ну а этим если налить по сто наркомовских — трепещи, супостат!
Если же без шуток, то эта затея, похоже, и для военного ведомства, и для цивильных чиновников стала просто обузой. Но кто ж осмелится перечить автократу?
