Беларусь в 2025 году была одной из “горячих точек“ конфликтов и репрессий, ставших источниками угроз для журналистов

3 марта, Позірк. В прошлом году свобода прессы в Европе находилась под постоянным давлением из-за правовых угроз, попыток захвата медиа и транснационального преследования, говорится в докладе “На грани перелома: свобода прессы — 2025“, подготовленном организациями — партнерами Платформы Совета Европы по защите журналистики и безопасности журналистов.

Россия в войне против Украины “оставалась самой серьезной угрозой для журналистов в Европе“. Сотрудники СМИ “гибли, получали ранения, содержались под стражей или исчезали на оккупированных российскими силами территориях“, говорится в документе.

Отмечается, что “общественные вещатели в ряде стран сталкивались с политическим вмешательством, финансовой нестабильностью и ограничивающим законодательством“.

Авторы доклада констатировали, что Европа “подходит к критическому моменту“, когда необходимы “решительные действия со стороны государств-членов, Совета Европы и европейских институтов для прекращения безнаказанности за нападения на журналистов, гарантий независимости и устойчивого финансирования общественных вещателей, противостояния структурным угрозам“.

В 2025 году упомянутой платформе исполнилось 10 лет. С момента запуска в апреле 2015-го она опубликовала более 2.300 системных предупреждений о серьезных угрозах свободе СМИ в государствах — членах Совета Европы, а также в России и Беларуси. Количество предупреждений неуклонно росло — с 106 в 2015 году до более чем 330 в 2025-м, что отражает “все более враждебную среду для журналистов“. Четверть таких сигналов касается нападений на физическую безопасность и неприкосновенность журналистов, включая 53 случая гибели журналистов или работников СМИ.

В 2025 году “горячими точками“ конфликтов и репрессий, ставшими основными источниками угроз для журналистов, были: Беларусь, Грузия, Сербия, Россия, Турция и оккупированные российскими войсками территории Украины.

Во многих европейских странах тюремные заключения журналистов по надуманным обвинениям стали “регулярной тактикой“. На 31 декабря 2025 года 148 журналистов и других работников СМИ находились в заключении по всему континенту. Лидерами по числу заключенных представителей медиа были РФ (58, включая задержанных на оккупированных территориях Украины), Азербайджан (36), Беларусь (27), Турция (24), Армения (2) и Грузия (1). Журналисты в неволе нередко подвергаются жестокому обращению и пыткам.

Некоторые государства ввели или реализуют законы, ограничивающие права журналистов — часто под предлогом борьбы с дезинформацией, киберпреступностью, терроризмом или экстремизмом. Законы об “иностранных агентах“, зародившиеся в 2012 году в РФ, распространились по региону: аналогичные меры есть в Беларуси; правительства в Грузии, Венгрии, Сербии, Словакии и Турции либо уже ввели, либо предложили подобные нормы. Эти законы, “декларируя повышение прозрачности и защиту государства, на деле подрывают жизнеспособность СМИ и укрепляют власть“, отмечается в докладе.

В Беларуси содержание под стражей “стало частью цикла репрессий, а не исключительной мерой: освобождение некоторых журналистов в 2025 году не означало ослабления политики — новые аресты “компенсировали“ освобожденных, поддерживая высокий общий уровень репрессий“.

Задержания, повторные аресты и угроза новых преследований создают условия, “в которых журналисты фактически исключаются из общественной жизни даже вне формального тюремного заключения“. В совокупности эти практики “демонстрируют целенаправленную стратегию нормализации задержаний как инструмента цензуры с долгосрочными последствиями для свободы прессы и общественного дискурса“.

В 2025 году в Беларуси платформа зафиксировала пять новых сообщений о задержаниях. Некоторые из этих случаев связаны с обвинениями в “экстремизме“, которые белорусские власти часто используют для дискредитации и давлений на независимые СМИ, отметили авторы доклада.

В документе также отмечается транснациональное преследование журналистов (включает убийства и физические нападения, заочные юридические преследования и кампании запугивания). Согласно докладу, десять стран мира, включая Россию, Беларусь и Турцию, отвечают за 80% задокументированных случаев таких репрессий.

В частности, для запугивания изгнанных журналистов используются заочные судебные процедуры. Так, в Беларуси в отношении более чем 60 журналистов были возбуждены уголовные дела, как минимум 13 из них получили заочные тюремные сроки в рамках “специального производства“. Имущество журналистов часто арестовывается в ожидании суда и конфискуется после вынесения приговора, отмечается в докладе.

Заочные преследования, подчеркнули авторы документа, служат для запугивания журналистов за границей и оказывают на них серьезное психологическое давление: такие лица фактически лишаются возможности путешествовать из-за риска немедленного ареста и экстрадиции в Беларусь (или Россию, которая использует аналогичные практики). Оба государства также используют “международное полицейское сотрудничество“ — общие базы разыскиваемых, “красные уведомления“ Интерпола и запросы на экстрадицию.

В то же время белорусские и российские медиа в изгнании становятся все более уязвимыми: зависимость от краткосрочного донорского финансирования, рост конкуренции за ограниченные гранты и приостановка американской помощи усилили финансовое давление на редакции в изгнании, подчеркивается в документе.

Опрос редакций в изгнании, проведенный Белорусской ассоциацией журналистов (БАЖ), показал: “6 из 30 опрошенных изданий и организаций сообщили о полном отсутствии финансирования в связи с текущей приостановкой финансирования, что может привести к полной остановке работы этих изданий из-за невозможности выплачивать зарплаты“. Это вызывает серьезные опасения по поводу устойчивости СМИ, особенно работающих в изгнании или в уязвимых условиях, отмечается в документе.

На основе полученных выводов платформа подготовила приоритетные рекомендации Совету Европы, институтам Евросоюза и государствам-членам для укрепления безопасности журналистов, независимости СМИ и демократической устойчивости. Среди ключевых предложений — восстановление высокого политического приоритета свободы прессы и защита независимости общественных вещателей.