Правитель Беларуси хотя и держал паузу, но, конечно, понимал: вообще не вступиться за близкий сердцу режим аятолл будет “не по-пацански“. 4 марта, на пятый день новой войны, Александр Лукашенко на встрече с послом Ирана Алирезой Санеи наконец-то лично осудил это “вероломное нападение Израиля при поддержке Соединенных Штатов Америки“.
Заметьте, даже эту фразу оратор постарался смягчить по отношению к Америке, поставив ее на второе место, притом что мировые СМИ пишут о “войне Трампа“.
По сведениям западной прессы, отмашку на операцию дал именно президент США. Хотя готовилась она совместно, а информацию про то, что верховный лидер Ирана и его главные советники соберутся на совещание в Тегеране утром 28 февраля (самый раз всех и накрыть!), Вашингтону сообщил премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху.
Может, и в Беларуси дорожные камеры давно взломаны?
Вообще, ювелирная точность и технический уровень этой операции, равно как и январского захвата Николаса Мадуро, надо полагать, произвели на белорусского автократа неизгладимое впечатление.
Вот он муштрует сейчас своих силовиков, устраивает внезапные проверки, требует отменной физухи. Но поможет ли подтягивание на турнике, если враги применят новейшее секретное оружие?
Сам Дональд Трамп похвалился, что охрану Мадуро помог вырубить таинственный The Discombobulator. Как поведали свидетели, охранники тогда падали на колени, блюя кровью. Кроме того, по данным The Wall Street Journal, при захвате венесуэльского правителя использовалась модель искусственного интеллекта Claude (вот недаром же Лукашенко так недоверчиво относится к ИИ).
А Financial Times написала, что перед операцией “Рык льва“, в ходе которой был ликвидирован Али Хаменеи, израильские спецслужбы скрытно наблюдали за его передвижениями при помощи взломанных дорожных камер и технологий того же ИИ. А что, если кто-то уже следит подобным образом за переездами белорусского автократа из Дроздов в Острошицкий Городок?
Конечно, Трампу сто лет не нужно похищать Лукашенко. А вот у “старшего брата“ может быть специфический интерес к деталям жизнедеятельности вождя союзного режима.
А украинских детей не жалко?
На встрече с иранским послом Лукашенко усиленно воспевал усопшего Хаменеи: “Это гуманист, это человек не военный, нацеленный на защиту своего народа и своего государства“. Для полноты картины стоит, однако, добавить, что этот гуманист называл США “Великим сатаной“, а Израиль — “раковой опухолью в регионе, которая должна быть удалена и будет удалена“.
Кроме того, Лукашенко посожалел о гибели мирных иранских жителей, детей. Это и впрямь прискорбно. Только вот почему-то не сокрушается этот соратник Кремля по поводу того, что по соседству уже пятый год от российских бомб и ракет гибнут мирные украинцы, в том числе дети.
Причем слова о “вероломном нападении“, употребленные в контексте атаки на Иран, полностью подходят для характеристики наступления на Украину, которое Владимир Путин начал в феврале 2022 года именно с белорусской территории. Притом что Лукашенко и его подчиненные накануне били себя в грудь: мол, из Беларуси нож в спину украинцам никогда не будет всажен.
Так что лицемерие белорусского диктатора очевидно. Впрочем, собратьям-автократам, попавшим под раздачу, он, надо полагать, все же искренне сочувствует, поскольку наверняка проецирует их судьбы на себя.
Почему иранский режим так живуч?
И сейчас, глядя на Иран, Лукашенко, как можно преположить, прикидывает запас прочности созданной им системы. Режим аятолл показывает феноменальную живучесть под ударами превосходящих сил противников.
Там физически уничтожена почти вся силовая верхушка, убит верховный лидер. Но государство не парализовано, проходят митинги в поддержку властей, наносятся чувствительные ответные удары.
Фишка в том, что при огромном влиянии верховного лидера (рахбара) тамошний режим нельзя назвать персоналистской диктатурой.
Рахбара выбирает — и, что важно, имеет право сместить — Совет экспертов, который состоит из 88 представителей духовенства, избирается всенародным голосованием. Есть и еще один влиятельный орган — Совет стражей конституции.
Достаточно широкими полномочиями обладает президент, отнюдь не бутафорской структурой является парламент. Суды президенту не подчиняются.
Далее, существует мощная параллельная армия — Корпус стражей исламской революции. Если представить себе, что “обычная“ армия устраивает заговор, поднимает мятеж, то КСИР, подчиненный непосредственно рахбару, остается для него надежной страховкой.
Как видим, власть в Иране достаточно рассредоточена между центрами силы, там немало акторов с серьезным функционалом, что наверняка придает системе устойчивости в форс-мажорных ситуациях.
Добавьте сюда мощную идеологию, момент религиозного фанатизма. Получается весьма твердый орешек.
Система Лукашенко держится на одном гвозде
И сравним это с режимом, царящим в Беларуси. Его архитектор долго отстраивал систему под себя, сосредоточил в своих руках все мало-мальски значимые функции. Другие структуры власти худосочны. Нет настоящего политического класса, правящей элиты (помните крылатую фразу Лукашенко: в стране должен быть один политик?). Идеология? Пустышка в упаковке лояльности вождю. Идеологи на зарплате несут туфту, в которую сами не верят.
А фанатиками можно назвать разве что считаных персонажей из госпропаганды (большинство там тоже лишь цинично косит бабки). Вот им Лукашенко дал сейчас отмашку мочить американский империализм. Да и сам, как видим, решил осторожно проявить солидарность с Тегераном.
Эти активности рассчитаны на Москву и на провластную часть внутренней аудитории. Риски разозлить проиранской риторикой Трампа невелики: он наверняка не смотрит БТ и не читает “совбелку“.
А люди из его команды, работающие на белорусском треке, вряд ли заинтересованы доносить шефу компромат на болотного автократа. Джону Коулу и другим дипломатам важно добиться поставленной цели — освободить тысячу с лишним политзаключенных.
Опасность же для Лукашенко намного вероятнее с противоположной стороны.
Он выстроил систему, которая, в отличие от иранской, держится на одном гвозде — его собственной персоне.
И если Кремль, уже глубоко запустивший щупальца в Беларусь, задумает провести здесь угодный ему транзит власти с помощью спецоперации, то насколько верными Лукашенко окажутся его генералы?
