То, что Офис Светланы Тихановской (ОСТ) намерен переехать из Вильнюса в Варшаву, — уже секрет Полишинеля. Работать в Литве стало не очень комфортно. Ограничится ли дело сменой адреса — или переезд подтолкнет к перестройке работы, переосмыслению первоочередных целей и задач?
Слухи о грядущем перебазировании команды Тихановской ходили уже несколько месяцев. 17 января об этом написало агентство AFP, сославшись на источники в ее окружении, а также на польский МИД. В тот же день из публикации агентства BNS стало известно, что о своем решении переехать в Варшаву сообщила литовским парламентариям сама Тихановская.
В Вильнюсе стало неуютно
На такой шаг она и ее окружение решились, похоже, не от хорошей жизни. Осенью прошлого года литовское правительство ослабило охрану Тихановской, передав обеспечение ее безопасности из Службы охраны руководства в Бюро криминальной полиции.
Этот нежданчик на какое-то время выбил из колеи работу ОСТ, сорвался визит демократического лидера в Армению. При этом литовский президент Гитанас Науседа заявил, что ситуация с охраной Тихановской драматизируется. А его советник Альгирдас Добровольскас пояснил, что ее охрана соответствует-де уровню угрозы.
Между тем советник Тихановской Денис Кучинский отмечает, что после этого решения Литвы давление на ОСТ со стороны режима Александра Лукашенко лишь усилилось: “Практически каждый день сотрудники КГБ связываются с нашими сотрудниками, угрожают их родственникам в Беларуси и совершают кибератаки“.
Очевидно, что, вопреки заявлениям высокопоставленных литовских чиновников, решение было отнюдь не техническим, а политическим. Что за ним стоит?
В каком-то смысле это конец эпохи
В контексте этого скандала в литовских СМИ стала фигурировать сумма в миллион евро — мол, в такую копеечку (евроцент) ежегодно влетают тамошнему налогоплательщику охрана эмигрировавшего оппозиционного лидера и сопутствующие расходы. Но ведь в свое время именно власти Литвы предоставили Тихановской такой статус — надо полагать, прекрасно зная смету. В деньгах ли тут дело?
Похоже, что просто изменилось время. Тогда, в 2020-м многим казалось, что час победы демократии в Беларуси близок. И Литва, вероятно, хотела получить от этого свои дивиденды. Но революция потерпела поражение, перспектива перемен в соседней стране отдалилась.
А после начала широкомасштабной войны России против Украины от Беларуси как союзницы Кремля соседние государства ЕС и НАТО стали и вовсе отгораживаться железным занавесом.
Между тем эмигрировавших из диктатуры белорусов в Литве — этой небольшой балтийской стране — стало, по мнению части ее политиков и простых жителей, многовато. Иные из местных повелись на мнимую угрозу “литвинизма“ (якобы посягательства на литовское историческое наследие и сам Вильнюс). Эта приманка, скорее всего, была подброшена спецслужбами Лукашенко.
В итоге соцопросы стали показывать, что отношение литовцев к белорусам ухудшается. Начался их отток.
Некоторые тамошние политики стали открыто заявлять, что ОСТ мешает улучшить отношения с Минском. А в последнее время пошли разговоры, что с подачи Лукашенко к вытеснению, как он выразился, “альтернативного правительства“ стали подталкивать Вильнюс и американцы. Так это или нет, но похолодание в отношениях между властями Литвы и ОСТ налицо.
С учетом этих обстоятельств план переехать в Варшаву не выглядит капризом. И в каком-то смысле это конец эпохи. Прощание с несбывшейся революцией.
Вывески оппозиционных штабов стали анахроничными
Любой переезд — это стресс. Но нет худа без добра: такая встряска может подтолкнуть команду Тихановской и весь оппозиционный мейнстрим к переменам, трансформации структур, пересмотру ряда приоритетов и лозунгов.
Некоторые комментаторы уже пророчат обострение отношений между Тихановской и ее окружением, с одной стороны, и ее заместителем в Объединенном переходном кабинете (ОПК) Павлом Латушко.
Ведь тот в свое время создал в Варшаве свою структуру — Народное антикризисное управление (НАУ) — и вообще, похоже, привык быть в Польше первым номером белорусской оппозиции.
Долгое время политологи говорили о двух центрах, двух штабах белорусских демократических сил — вильнюсском и варшавском. Теперь, получается, два медведя окажутся в одной берлоге. При этом станет очевиднее, что ОПК и НАУ — в чем-то дублирующие одна другую структуры.
Но главная закавыка в том, что и ОПК, и НАУ (и, к слову, Координационный совет) создавались в совершенно иной — революционной ситуации. Теперь сами их вывески анахроничны. Кабинет руководит переходом к чему? Каким кризисом управляет НАУ? Заметьте: Латушко — не просто зам Тихановской, а “представитель ОПК по транзиту власти“. Вот только Лукашенко с транзитом, кажется, не торопится. Тем более с транзитом в пользу, как он выражается, “беглых“.
Это, как вы понимаете, горькая ирония. Но если без нее, то оппозиционные структуры, возникшие на волне политического подъема 2020 года, сейчас, пять лет спустя, когда ситуация в Беларуси и вокруг нее разительно переменилась, на мой взгляд, нуждаются в серьезной перестройке, переформатировании.
И речь не только об их оптимизации, но и, если хотите, о новой философии существования с учетом кардинально иных реалий.
Иранское восстание топят в крови, Трамп ломает остатки мирового порядка
Понятно, что стратегическая цель — демократические перемены в Беларуси — остается прежней. Но как ее пытался добиться на протяжении этих пяти лет оппозиционный мейнстрим? Он прежде всего взывал к Западу: как можно сильнее обложите диктатуру санкциями! Чтобы что? Видимо, предполагалось, что или Лукашенко станет на колени и устроит честные выборы, или народ обнищает до степени голодного бунта.
Но диктатор сам говорил, что скорее предпочтет участь чилийского президента Сальвадора Альенде (погибнуть с калашом в руках), чем убежит из страны. А иранский пример показывает, что заматеревший режим держится вопреки десятилетиям санкций и готов топить бунты в реках крови.
Красавчиком в этом контексте показал себя и Дональд Трамп. Сначала призывал иранских протестующих захватывать госучреждения и уверял, что “помощь уже в пути“. А потом резко передумал, представив дело так, что режим аятолл якобы в одночасье стал белым и пушистым — ну отложил же казни.
Да и в Венесуэле Белый дом, убрав Николаса Мадуро, не сказать чтобы сильно продвигал к власти тамошнюю довольно сильную оппозицию. Похоже, решено, что проще договориться со сдавшей вождя прежней элитой.
Так что рассчитывать на Вашингтон в деле демократических перемен теперь явно не приходится. А Европа сама под ударом, не знает, как защитить Гренландию от посягательств того же Трампа.
В нашем же случае, когда речь идет о путях перемен, следует учитывать и мощный, а на сегодня, пожалуй, даже фатальный фактор Кремля. Думаете, там будут спокойно взирать, как власть на стратегически важном для него “белорусском балконе“ берут прозападные “экстремисты“?
Впрочем, в нынешней ситуации это лишь гипотетические построения. Шутки про триумфальный въезд Тихановской в Минск на белом джипе уже не смешны. Белорусская оппозиция трясти режим сейчас не может. Ее фигуры пять лет апеллируют к Западу.
Однако “коллективного Запада“ больше нет. Люди Трампа хладнокровно обменивают санкции США на политзаключенных (тоже, судя по всему, не обременяя себя миссией демократизации Беларуси). А Евросоюз, похоже, почти достиг потолка санкционного давления. И вообще сейчас Брюсселю не до того.
Между тем логика секьюритизации, превалирующая в политических элитах соседних с Беларусью стран ЕС и Североатлантического альянса, уже привела к тому, что мобильность ее граждан жестко ограничена. Изоляция ведет к росту пророссийских настроений.
Охотников покрепче запереть белорусов в диктатуре хватает и без тех, кто именует себя демсилами. Их лидерам лучше бы еще сильнее сместить акценты на адвокатирование интересов соотечественников — и тех, что в стране, и тех, кто сталкивается со множеством трудностей в эмиграции.
Будет независимость — будут и демократические перемены
И о самом главном. Сейчас, когда Трамп ломает остатки мирового порядка, утверждает право сильного, у Владимира Путина тоже окончательно развязываются руки.
Тихановская рефреном твердит: нельзя позволить, чтобы Беларусь стала утешительным призом для Путина. Тезис правильный, но насколько отвечают ему топовые установки оппозиционного мейнстрима?
Да, не будь санкций, у Лукашенко не было бы стимула отпускать политических узников. Но при этом санкции — отнюдь не стерильный и не чудодейственный инструмент (еще раз вспомним Иран, добавим Кубу, примеры можно продолжать). В нашем случае они, среди прочего, ускоряют утрату суверенитета, толкают не только Лукашенко, но и всю страну в объятия империи. Эту диалектику важно понимать.
Как важно понимать и то, что если отношения Минска с Западом начнут улучшаться, это станет не только определенной легитимацией Лукашенко (иные его противники зациклились на этой страшилке), но и большим выигрышем для всей нации.
Речь не о предательстве идеалов демократии, а о трезвом учете реалий на земле. Борьба за сохранение независимости Беларуси, включая укрепление ее связей с Европой, ныне представляется приоритетом. Будет независимость — будут со временем и демократические перемены.
А пока Тихановской и ее команде, вероятно, самое время подумать, весь ли старый багаж стоит тянуть из Вильнюса в Варшаву.
